ПСИХОТЕРАПИЯ КАК ВРАЧЕБНОЕ ИСКУССТВО

Согласно определению в Психотерапевтической энциклопедии под редакцией Б. Д. Карвасарского психотерапия является прежде всего лечебной меди­цинской дисциплиной с её клиническими основа­ниями [22]. В современном национальном руковод­стве по психиатрии психотерапия определяется как особый вид клинико-психологического вмешатель­ства и межличностного взаимодействия, при котором больным оказывают помощь психологическими сред­ствами [15]. Вместе с тем, психотерапия не явля­ется однозначно понимаемой областью научных знаний и практических подходов, а представляет собой различные психологические, медицинские, антропологические, философские и иные концепции, модели и подходы, частично взаимодействующие между собой с целью создания интегративной психо­терапии. Согласно Декларации, принятой Европей­ской ассоциацией психотерапии в Страсбурге в 1990 году, психотерапия является особой дисциплиной из области гуманитарных наук. Существует представ­ление о психотерапии не как технологии воздействия, а как идеологии совместного переживания (прожи­вания) жизненного кризиса [4]. Таким образом, совре­менная психотерапия, представленная множеством направлений, концепций и теорий переживает кризис своей научности [29]. Признаётся, что в мире науки психотерапия занимает маргинальное положение. Нет единой теории и методологии. Одной из основных проблем современной психотерапии является отсут­ствие общих подходов и чётких представлений о теоретической основе психотерапевтической прак­тики [15]. Проблема эффективности психотерапии и способов её оценки остаётся во многом нерешённой [31]. В отличие от фармакотерапии при любом виде психотерапии и оценке её эффективности необходим учёт особенностей личности пациента и психотера­певта [32], его психотерапевтического мастерства, основанного на личном практическом опыте.

Стремление к стандартизации в диагностике и лечении больных является основной тенденцией в современной медицине и здравоохранении. Эта тенденция определяется утилитарными и коммер­ческими соображениями, дальнейшей автоматиза­цией и компьютеризацией лечебно-диагностического процесса. Разработаны и внедряются стандарты и протоколы диагностики и лечения разных забо­леваний. Усилены требования к их соблюдению. Введены понятия медицинских услуг. Во всём этом реализуется общий принцип — лечить болезнь, а не конкретного больного с его индивидуальными особен­ностями. Тенденция к глобальной стандартизации в диагностике и лечении больных наряду со своим положительным значением отражает в то же время по сути формальный, ремесленнический подход в меди­цине и входит в противоречие с принципом лечения болезни у конкретного больного с его особенностями и отличиями. Именно этот принцип особенно важен в психотерапии, когда врачебные усилия направлены на оказание помощи страдающей личности пациента, являющейся уникальным и неповторимым образова­нием, требующим нестандартного подхода.

Практическая медицина в лице её лучших пред­ставителей всегда воплощалась в первую очередь во врачевании, которое является сугубо творческим индивидуализированным процессом и профессио­нальным мастерством, основанном на большом прак­тическом опыте, включающим в себя как успехи, так и неудачи. При врачевании одни научные меди­цинские знания для эффективной помощи боль­ному недостаточны. Врачевание, указывал академик А.Ф.Билибин, нельзя полностью свести к точным наукам. Для успешного врачевания необходим синтез научных рациональных знаний и эмоцио­нального отношения к больному, понимание его переживаний и надежд. В постижении болезненного состояния должны принимать участие врачебная интуиция и эмоции врача, а не только его научные знания [1]. Установлено, что сопереживание в ситу­ации врач — больной обладает познавательной функ­цией [25, 27]. При врачевании с помощью врачебной интуиции пациент воспринимается целостно. Во врачебной, в частности психотерапевтической прак­тике, интуиция играет большую роль. Многие выда­ющиеся клиницисты, в том числе психиатры и психо­терапевты, демонстрировали примеры блестящей интуиции в диагностике, когда уже после первого непродолжительного осмотра и краткого общения с больным ставился точный диагноз сложного забо­левания, который затем подтверждался результатами объективных инструментальных и лабораторных исследований. Творческая интуиция, с помощью которой мысленно охватывается картина болезни, невозможна без художественной образности [14]. В процессе подлинного врачевания, которое является врачебным искусством, соединяются медицинские естественно-научные знания и гуманитарные знания из области психологии, этики, эстетики, педагогики, культурологии. В процессе врачевания, разновидно­стью которого является психотерапия, происходит творческое постижение индивидуальных особен­ностей больного, и этот процесс является как свой­ством науки, так и искусства.

Любая психотерапия основывается прежде всего на установлении психотерапевтического контакта. При этом спонтанная психологическая коммуни­кация между психотерапевтом и пациентом приоб­ретает терапевтическую направленность. Большое значение в искусстве психотерапии, — указывал В.Е.Рожнов, — приобретает не только умение гово­рить самому, но и умение слушать больного, вызы­вать его на откровенный разговор, завоёвывать его доверие [23]. Вот почему важным аргументом в пользу признания психотерапии искусством служит феномен эмпатии, лежащий в основе психотерапев­тического контакта при разных видах психотерапии и определяющий в значительной степени её эффек­тивность. В Психотерапевтической энциклопедии под редакцией Б.Д.Карвасарского отмечается, что оценка эмпатии тесно связана с такими характери­стиками врача как профессиональное искусство, теплота, доброжелательность, надёжность, искрен­ность, жизненный опыт. Эмпатия является генети­чески детерминированным свойством, усиленным жизненным опытом [15]. Искусство использо­вания эмпатии заключается в оптимальной синхро­низации намерений психотерапевта и ожидаемого эффекта. Специальные исследования показали поло­жительную корреляцию между оценкой пациен­тами эмпатии психотерапевта и успехом лечения при применении различных видов психотерапии. Процесс и состояние эмпатии имеют своё объяс­нение и обоснование в теории вчувствования Липпса, известной в истории психологии искусства и разде­лявшейся Л.С.Выготским, который писал, что психо­логия искусства «лучше всего объясняется выраже­нием «вчувствование», в основании которого лежат чувства субъекта, переносимые на объект» [9].

Другим аргументом в пользу понимания психо­терапии как искусства является феномен инсайта, который возникает и играет существенную роль как в процессе разных видов психотерапии, так и в процессе восприятия и постижения произведений искусства, в процессе художественного творче­ства. Третьим феноменом, объединяющим психоте­рапию и искусство, является феномен катарсиса. Это состояние лежит в основе психологического меха­низма лечебного действия разных методов терапии духовной культурой, произведениями искусства и других психотерапевтических методов. Катарсис является не только психологическим и психотера­певтическим феноменом, но и эстетической реакцией со сложным преобразованием отрицательных пере­живаний и чувств в положительные переживания и чувства, оказывающие очищающее, возвышающее и гармонизирующее влияние на личность пациента. Помимо указанных феноменов, сближающих психо­терапию и искусство, следует также назвать импро­визацию, экспромт и интерпретацию, как творческие акты, имеющие большое значение как в процессе разных вариантов эклектической психотерапии, так и в процессе театрального, музыкального, эстрадного и других видов искусства. Импровизация и экспромт не подлежат регламентации, планированию и науч­ному обоснованию. Они нередко делают психотера­певтический процесс, как и процесс художествен­ного творчества, более эффективным и результа­тивным. В их основе лежит вдохновенное вчув- ствование и проникновение в контекст пережи­ваний, опора на нюансы межличностного взаимо­действия и актуальной ситуации. Они возникают при необходимости отхода от стандартной психоте­рапевтической техники в целях большей индивиду­ализации психотерапевтического процесса с учётом личностных реакций пациента. Интерпретация явля­ется важнейшим элементом психоаналитической психотерапии. В частности толкование свободных ассоциаций, сновидений, оговорок, описок является особым искусством психоаналитика.

Холистический, целостный подход к больному, соответствующий биопсихосоциальной научной парадигме в медицине, предусматривает учёт особен­ностей состояния организма, психики и личности в их взаимосвязи. Такой целостный, системный подход требует от психотерапевта овладения не только медицинскими, но и гуманитарными знаниями. Чувственно-образное (художественное) мышление способно к синтетическому охватыванию всеобщей целостности через отдельное и особенное [13]. При Всемирной психиатрической ассоциации функцио­нирует секция «Искусство и психиатрия». Этот факт свидетельствует о том, что современное личностно- ориентированное направление в психиатрии осно­вывается на синтезе естественно-научных и гума­нитарных знаний.

Ещё Г.И.Россолимо в работе « Врач и больной» писал, что врачебная профессия «демонстрирует счастливый симбиоз науки и искусства, опрокиды­вающий мнение об их несовместимости». Медицина, утверждал он, это «искусство, которому не суждено покидать идущей рука об руку и слившейся с ним медицинской науки». Обосновывая представление о психотерапии как искусстве, Р.Конечный и М.Боухал писали: «Нужно принять во внимание индивиду­альность личности, индивидуальность нарушения, индивидуальность жизненной среды, а также инди­видуальность психотерапевтической взаимосвязи. В этом смысле — даже если мы это делаем на научной основе — психотерапия есть и останется искусством» [16]. От имени Профессиональной психотерапевти­ческой лиги её президент В.В.Макаров заявил: «В России мы рассматриваем психотерапию в её трие­динстве: наука, искусство и ремесло… Образцы высокого искусства психотерапии показывают как мэтры, так и восходящие звёзды нашей профессии» [20]. О психотерапевтическом искусстве пони­мающей психотерапии со всей определённостью говорит Ф.Е.Василюк. Он считает, что психотера­певтическая практика и техника требуют не только научно-психологической, но и искусствоведческой рефлексии с обогащением их средствами разных видов искусства [7]. В 2001 году вышла в переводе на русский язык книга Джеймса Бьюдженталя «Искус­ство психотерапевта» [6]. Эта книга является посо­бием для психотерапевтов любых теоретических ориентаций, стремящихся приблизить психотерапев­тическое мастерство к искусству. В ней есть разделы «Базовое искусство ведения беседы», «Артистизм психотерапевта», «Психотерапевт как художник». По мнению автора, мастерство психотерапевта прояв­ляется в его способности соединять субъективное и объективное, искусство с наукой. Однако, несмотря на признание психотерапии искусством, теорети­ческий аспект проблемы психотерапии как искус­ства и соответствующие ему моделирующие пред­ставления в России почти не разрабатываются. В центре внимания психотерапевтов находится пози­тивистская методология с опорой на принципы дока­зательной медицины, тогда как герменевтическая методология, адекватная психотерапии как искус­ству, предаётся забвению. Психотерапия как искус­ство ещё не является предметом исследования. По признанию В.Я.Семке, «в пользу обозначения психо­терапии как искусства относят малую изученность этой дисциплины, законы которой трудно уловимы… и строятся частью только на опыте» [24].

Вместе с тем, подобно тому, как принято говорить об искусстве хирурга, в частности пластического хирурга, можно с полными основаниями говорить об искусстве психотерапевта. Его главным инстру­ментом, помимо знаний и навыков, является его собственная личность, её духовный, культурный потенциал, внешний вид, манеры, мимика и панто­мимика, тон и тембр голоса, стиль речи. Высота голоса, его тембр, эмоциональная окрашенность, разнообразие интонаций являются важными элемен­тами психотерапевтического воздействия на боль­ного. Голосовая и речевая культура психотерапевта является психотерапевтической ценностью, которую следует отнести к значимым элементам психотера­певтического искусства.

Психотерапия с помощью средств искусства известна давно. Её эффективность при умелом применении библиотерапии, музыкотерапии, театротерапии и других видов арттерапии, эсте- тотерапии не вызывает сомнений. Под влиянием произведений искусства больной глубже и шире осознаёт себя как личность, углубляет своё само­сознание. При арттерапии, включённой в психосо­циальную терапию, искусство становится коррек­тором психических отклонений, средством форми­рования целостной личности и способом социальной адаптации инвалидов. Для психотерапевта большое значение имеет умение говорить на языке искусства [12]. Обращаясь к искусству, используя образное мышление, образные представления, фантазию, интуицию, психотерапевт получает важные, допол­нительные к научным знаниям средства для более глубокого понимания внутреннего мира пациента и находит средства воздействия на него в целях оздо­ровления. Психотерапия с использованием произ­ведений искусства предполагает высокий уровень культурного и духовного развития самого психо­терапевта, его способность творческого индиви­дуального подхода к пациенту. При этом познава­тельные возможности науки, научных знаний допол­няются познавательными возможностями искусства. Основные способы познания в искусстве — пони­мание, интуиция и рефлексия [13]. Творческая инту­иция невозможна без художественной образности [14]. Подлинное искусство, в том числе психотера­певтическое, способно коренным образом изменить психическое состояние человека, его чувства, мысли, представления и убеждения [10, 19]. Оно способно избавить больного человека от переживаний отчуж­дённости, смыслоутраты и одиночества, которые часто приводят к аффективным и невротическим расстройствам. Искусство помогает понять насто­ящее и создаёт установку на будущее [9]. Искусство, как психотерапия, возвращает людей от частных истин, раздробленных целей, разобщённого суще­ствования к полноте человеческого смысла.

Союз науки и искусства, их синтез в психотерапии неизбежен и закономерен. Это, в частности, видно на примере метода Терапии творческим самовыраже­нием, который его автор М.Е.Бурно однажды пара­доксально определил как «научное искусство» [5].

Поиск и нахождение созвучия между классиче­ской музыкой, цветами и чертами характера при этом методе не имеют в психотерапевтическом процессе научного обоснования. Они основаны на эмоцио­нальном восприятии и образном мышлении, имею­щими прямое отношение к искусству. Сама находка этого психотерапевтического приёма — пример искус­ства, а не науки. Это же касается приёмов нахождения созвучия между творчеством художников, писателей, поэтов и личностными особенностями, характеро­логическими радикалами пациентов. Обстановка и психологическая атмосфера, в которой проводится групповая ТТС, также является элементом искусства лечения средой. Ярким примером групповой психо­терапии как искусства является психотерапевтиче­ский театр для психически больных [5]. Работа груп­пового психотерапевта сопоставима с работой дири­жёра оркестра. Можно говорить об искусстве прове­дения групповой психотерапии в форме групповых дискуссий, разыгрывания ролевых ситуаций, панто­мимических сцен, проективных рисунков с последу­ющим их коллективным обсуждением.

Метод имаготерапии И.Е.Вольперта является разновидностью игровой психотерапии [8]. В его основе лежит театрализация психотерапевтического процесса, направленная на развитие у пациентов способности входить в определённый образ или роль и таким способом уходить от своего болез­ненного «Я», деформированного болезнью. Творче­ское воспроизведение заданного лечебного образа по аналогии с работой актёра способствует моби­лизации жизненного опыта, волевых качеств, вооб­ражения, способности к саморегуляции. В помощь психотерапевту-имаготерапевту привлекаются в качестве консультантов профессиональные актёры. Радость коллективного творчества и творческого самовыражения оказывает оздоравливающее действие на пациентов, способствует повышению их самооценки, уверенности в себе, компенсации психопатологических нарушений.

Гуманитарными дисциплинами, с которыми должны быть хорошо знакомы психотерапевты как в теоретическом, так и практическом отноше­ниях, являются эстетика и искусствоведение. Нельзя успешно лечить с помощью произведений искусства и поднять психотерапевтический процесс на уровень искусства без знания основ, понятий и категорий эстетики и искусствоведения как гуманитарных дисциплин. Эстетическое сознание является одной из форм индивидуального сознания, и психотера­певт должен уметь его оценивать и влиять на него в лечебных целях.

Результаты познания пациента и воздействия на него с помощью средств искусства принципиально непереводимы с языка художественных образов и представлений на язык формализованных научных понятий. Понимание индивидуального существо­вания отличается от принятых в науке методов и норм познания [2, 30]. В данной ситуации наука и искусство сосуществуют на правах своеобразной дополнительности, исключающей их взаимозаменя­емость [26]. Проведение научного анализа личности больного только с применением шкал и опросников без погружения в его внутренний субъективный мир приводит к «умерщвлению» живой «ткани» личности абстракциями логического и количественного стати­стического анализа. Считается, что позитивистская методология и стремление искать в гуманитарном знании математически строгих, раз и навсегда верных истин являются неприемлемыми [11]. Психотерапев­тическое искусство почти не передаётся и не усваи­вается путём стандартизированного обучения.

Приведём дополнительные свидетельства в пользу признания психотерапии врачебным искусством на примере широко известных и авторитетных психо­терапевтических методов.

В руководстве по гештальт-терапии И. Д.Булюбаша имеется раздел под названием «Родственные характе­ристики искусства и гештальт-терапии». В нём гово­рится о том, что гештальт-терапия может рассма­триваться как творческий психотерапевтический подход, имеющий множество точек пересечения с искусством как таковым, и как терапевтическое направление, использующее различные формы творческой деятельности, художественные сред­ства и материалы. Основатели гештальт-терапии говорили о необходимости побуждать клиентов к самовыражению через соответствующие художе­ственные средства и материалы. По мнению Лауры Перлз, психотерапия больше искусство, чем наука, а интуиция и непосредственность художника так же необходимы для хорошего психотерапевта, как и научное образование [3]. Существует межрегио­нальный институт Гештальт-терапии и Искусства, который является частью Московского института Гештальт-терапии и частью Европейской ассоциации Гештальт-терапии. Этот институт развивает пред­ставления о психотерапии как искусстве, проводит семинары по теме «Психотерапия как искусство», изучает связи психотерапии и искусства.

По образному выражению психоаналитика Ж.Лакана, психоанализ З.Фрейда подобен искус­ству хорошего мясника, с умением разделывающего тушу животного [17]. Психоаналитическая психоте­рапия — это система зондов в сферу бессознательного путём анализа свободных ассоциаций, толкования сновидений и оговорок, явлений переноса, а также других феноменов. Основным приёмом этого вида психотерапии является интерпретация различных проявлений бессознательного и перевод их в сферу сознания на основе герменевтической методологии, в основе которой лежит искусство истолкования литературных, исторических, религиозных и иных текстов. Психоаналитическая психотерапия пред­ставляет собой интерсубъективный процесс, вклю­чающий в себя диалог между двумя личностными мирами, при котором происходит развёртывание, прояснение и трансформация субъективного мира пациента. Такая психотерапия основывается на каче­ственном анализе психического функционирования отдельного пациента. Многие феномены, выявля­емые и возникающие в процессе психоаналитиче­ской психотерапии не подлежат, подобно произве­дениям искусства, количественному, объективному анализу, так как их проявление возможно только в условиях и в результате длительного, близкого и доверительного контакта с пациентом, который формируется при этом виде психотерапии [18]. По мнению современных психоаналитиков, искусство психоаналитической психотерапии заключается в том, чтобы найти правильное равновесие между тем, насколько и как должны использоваться два тера­певтических средства: интерпретация и взаимоот­ношение с пациентом [28].

Для экзистенциально-гуманистического направ­ления в психотерапии, включающего в себя клиент- центрированную, экзистенциальную психотерапию, гештальт-терапию, трансактный анализ, а также различные виды арттерапии, характерным является тесное соприкосновение с искусством, использование многих средств и элементов художественного твор­чества в процессе психотерапии. Экзистенциально- гуманистическая психотерапия опирается на фено­менологические методы вчувствования, интуиции и диалога. Как отмечал И.Ялом, опытный терапевт часто неявным, в том числе и для себя самого, образом работает в экзистенциальной модели. Он «кожей» чувствует коренную проблему пациента и соответ­ственно реагирует [33]. Феноменологический метод, который используется экзистенциальными психотера­певтами, основан на чувствах, непосредственно схва­тывающих сущность явлений, как это имеет место в разных видах художественного творчества. Интуиция как способ познания основана на непосредственной данности явлений сенсорному восприятию без всякой предвзятости и во всех деталях. Интуиция играет важную роль при установлении контакта и взаи­модействия психотерапевта с пациентом. Согласно К.Ясперсу, психотерапевт-феноменолог должен «транспортировать» себя в психическое состояние пациента и эмпатически переживать все события так, как их переживает пациент.

Экзистенциально-гуманистическая психотерапия направлена на раскрытие и стимулирование потреб­ности пациента в самоактуализации и обретении смыслов своей жизнедеятельности, её нравственную самооценку. Эти задачи могут быть достигнуты и достигаются с помощью средств искусства, творче­ского их восприятия и осмысления. Для экзистенци­альной психотерапии принципиально неприемлемо использование каких бы то ни было типологий и универсальных интерпретаций. Постичь психически больного можно только в контексте всей его жизни и всех его переживаний.

Заключение

Рассмотрение и анализ приведенных данных позволяет с достаточными основаниями заключить, что психотерапия на протяжении всего своего суще­ствования, начиная от архаических форм целительства до современных психотерапевтических техник, в значительной мере является искусством враче­вания. Она неизменно включает в себя в той или иной форме и степени элементы и средства искусства, использует способы эстетического воздействия на больных с лечебной целью. Психотерапия является не только медицинской, но и гуманитарной дисци­плиной. Союз медицины и искусства в области психо­терапии является наиболее тесным и плодотворным по сравнению с другими медицинскими дисципли­нами. Его необходимо дальше творчески развивать как в теории, так и в психотерапевтической прак­тике. Стремление ограничить теоретическую психо­терапию рамками научной медицины или медицин­ской психологии и исключить или принизить гума­нитарные подходы к ней является одной из причин кризиса в психотерапии. Интеграционные процессы на стыке медицины и искусства имеют большое значение для дальнейшего развития теоретической и практической психотерапии, которая является важной составляющей частью современной психо­социальной терапии и психосоциальной реабили­тации не только психически больных, но и больных с другими видами патологии.

Ю.И. Полищук, СОЦИАЛЬНАЯ И КЛИНИЧЕСКАЯ ПСИХИАТРИЯ 2015, т. 25 № 4


Список литературы

  1. Билибин А.Ф. Методологические аспекты врачевания. М.: Меди­цина, этика и деонтология, 1983. С. 137-151.
  2. Бодалёв А.А. Восприятие и понимание человека человеком. М., 1982.
  3. Булюбаш И.Д. Руководство по гештальт-терапии. М., 2004.
  4. Бурлачук Л.Ф., Жидко М.Е., Кочарян А.С. Психотерапия. Киев,
  5. Бурно М.Е. Клиническая психотерапия. М., 2000.
  6. Бьюдженталь Дж. Искусство психотерапевта. СПб.: Питер, 2001.
  7. Василюк Ф.Е. Кларификация как метод понимающей психотера­пии // Вопросы психологии. 2010. №5. С. 13-25.
  8. Вольперт И.Е. Психотерапия. Л., 1972.
  9. Выготский Л.С. Психология искусства. М., 1987.
  10. Горелов А.А. Культурология в вопросах и ответах. М., 2005.
  11. Громов Е.С. Искусство и герменевтика. СПб., 2004.
  12. Заховаева А.Г. Искусство. Социально-философский анализ. М.,
  13. Зись А.Ф. Некоторые размышления об искусстве ХХ века // Совре­менное искусствознание. Методологические проблемы. М.: Наука, 1994.
  14. Изуткин А.М., Петленко В.П., Царегородцев Г.И. Социология медицины. М., 1981.
  15. Карвасарский Б.Д., Незнанов Н.Г. Психотерапия // Психиатрия. Национальное руководство. М., 2009. С. 828-863.
  16. Конечный Р., Боухал М. Психология в медицине. Прага, 1983.
  17. Лакан Ж. Семинары. Книга 1. Работы Фрейда по технике психо­анализа. М., 1998.
  18. Лейбин В.М. Процессуальные модели в психоанализе // Психоа­налитический вестник. 2007. N° 17. С. 158-176.
  19. Лисицын Ю.П., Изуткин А.М., Матюшин И.Ф. Медицина и гума­низм. М.,1984.
  20. Макаров В.В. Русскоязычная психотерапия в контексте всемирной психотерапии // Психотерапия. 2010. № 10. С. 54-60.
  21. Михайлов А.В. О методе в искусстве // Современное искусствоз­нание. Методологические проблемы. М.: Наука, 1994.
  22. Психотерапевтическая энциклопедия / под ред. Б.Д. Карвасар- ского. СПб., 1998.
  23. Рожнов В.Е. Медицинская деонтология и психотерапия // Руко­водство по психотерапии. Ташкент,1979. С. 43-55.
  24. Семке В.Я. Место психотерапии в социокультурологическом про­странстве // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. 2002. № 4. С. 7-11.
  25. Симонов П.В. О познавательной функции сопереживания // Вопросы философии. 1979. № 9. С. 137-142.
  26. Симонов П.В., Ершов П.М. Темперамент, характер, личность. М.,1984.
  27. Ташлыков В.А. Психология лечебного процесса. Л., 1984.
  28. Треурнет Н. Что такое психоанализ сегодня? // Социальная и кли­ническая психиатрия. 1994. Т. 4, № 3. С. 55-72.
  29. Тукаев Р.Д. Психотерапия, теории, структуры, механизмы. М., 2007.
  30. Филатов В.П. Научное познание и мир человека. М., 1989.
  31. Холмогорова А.Б., Гаранян Н.Г., Никитина И.В., Пуговкина О.Д. Научные исследования процесса психотерапии и её эффективно­сти: современное состояние проблемы. Часть 1 // Социальная и клиническая психиатрия. 2009.Т. 19, № 3. С. 92-100.
  32. Холмогорова А.Б., Гаранян Н.Г., Никитина И.В., Пуговкина О.Д. Научные исследования процесса психотерапии и её эффективно­сти: современное состояние проблемы. Часть 2 // Социальная и клиническая психиатрия. 2010. Т. 20, № 1. С. 70-79.
  33. Ялом И. Экзистенциальная психотерапия. М., 1999.


ПСИХОТЕРАПИЯ КАК ВРАЧЕБНОЕ ИСКУССТВО
Ю.И. Полищук

Одной из причин кризиса современной психотерапии, которая зани­мает маргинальное положение в науке, является недооценка и игно­рирование междисциплинарной модели психотерапии как врачебного искусства. В качестве основных признаков и феноменов, объединяю­щих психотерапию и искусство, выделяются эмпатия, инсайт, катар­сис, импровизация, экспромт, интерпретация. На примере самых раз­ных видов и методов психотерапии приводятся аргументы в пользу признания психотерапии врачебным искусством.

Ключевые слова: психотерапия, методы психотерапии, врачеб­ное искусство.


PSYCHOTHERAPY AS A THERAPIST’S ART
Yu.I. Polischuk

An interdisciplinary model of psychotherapy as a therapist’s art is underappreciated and neglected nowadays, and that is one of the causes of crisis in modern psychotherapy. Empathy, insight, catharsis, improvisation and interpretation happen to be common features and phenomena for both psychotherapy and art. The author provide arguments in favour of psychotherapy being a therapist’s art and they give examples from various types and methods of psychotherapy.

Key words: psychotherapy, methods of psychotherapy, therapist’s art.


Об авторе.

Полищук Юрий Иосифович — профессор, доктор медицинских наук, руководитель отдела психической патологии позднего воз­раста Московского научно-исследовательского института психиатрии — филиала ФГБУ «ФМИЦПН им. В.П.Сербского» Минздрава Рос­сии; e-mail: yu.polischuk@mail.r

Поделиться
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •